4 мин.

За что Легкова лишили олимпийского золота

Комиссия МОК под руководством Дениса Освальда наконец-то опубликовала первое мотивировочное решение по дисквалификациям. Аргументы против Александра Легкова, которого лишили золота в лыжном марафоне.

Главное:

1. Доклад Макларена и показания Родченкова – основа мотивировочной части Освальда. Все факты, документы и выводы из доклада (список «Дюшес», экспертиза царапин на допинг-проб, электронная переписка Родченкова), по мнению Освальда, можно считать доказательствами наличия схемы сокрытия и подмены допинг-проб в Сочи. Особенно отмечается исключительная репутация канадского профессора и его знания свидетеля, раскрывшего мошенническую схему.

Комментарий юриста Дмитрия Морозова: «Освальд сообщает, что доклад Макларена создал презумпцию виновности российских спортсменов, которую они должны опровергнуть. «Доказывайте нашу виновность» – такая позиция российской стороны оказалась нерабочей. Бремя доказывания перенесли на спортсменов, которые не представили доказательств, перевесивших бы нахождение в списке «Дюшес», царапины на их пробирках, показатели соли, слова Родченкова и другие факты из доклада в совокупности».

«Спасли этого козла». С чего начались проблемы Легкова

2. Несмотря на достоверность экспертиз Макларена на царапины и соль, Освальд привлек к расследованию дополнительных экспертов.

Кристоф Шампо исследовал способы вскрытия флаконов с допинг-пробами и сделал вывод, что их можно было открыть, вообще не оставляя царапин. В процессе исследования Шампо установил, что чем больше вскрывал проб, тем менее заметными становились T-образные царапины на них. Им был сделал вывод, что у российских спецслужб было много времени для тренировок, поэтому они могли научиться вскрывать пробы, не оставляя следов вообще.

На пробах Легкова Шампо обнаружил T-метки, что по его классификации соответствует принудительному вскрытию флаконов.

Легков был обречен. Факты против него

3. Освальд высоко оценил уровень разработанной системы подмены, сравнив ее со швейцарскими часами. Вовлечены в механизм были многие, но без активного участия спортсменов его работа была невозможна – следовательно все спортсмены из списка «Дюшес» знали, зачем сдают чистую мочу и сообщают номер сданных ими проб.

4. Освальд признает, что прямых и объективных доказательств подмены допинг-проб недостаточно, но называет это издержками самой схемы, которая по определению неуловима и создана, чтобы спрятать все улики. Поэтому главными доказательствами стали свидетельские показания или косвенные данные, но учитывались они в общей совокупности.

5. Легков не мог находиться вне схемы подмены или не знать о ее существовании как минимум на этапе сбора чистой мочи. Кроме того, Родченков свидетельствовал, что Легков лично тестировал «Дюшес» и был доволен его влиянием на организм. А учитывая необычный способ применения коктейля (его надо было держать во рту несколько минут), Легков не мог не являться активным участником схемы.

У кого, кроме Легкова, есть царапины на допинг-пробах

Комментарий юриста Дмитрия Морозова: «Защита лыжника, как я понимаю, делала упор не на подробный анализ доклада, а на общие нестыковки в нем, которые Комиссия признала незначительными и неизбежными, но не влияющими на основные выводы, учитывая объем и сроки работы. Решение МОК полностью подтверждает тот факт, что если не оспаривается какое-либо заявление, высказывание или документ, то с течением времени, это может стать обстоятельством, на основании которого выносятся дисциплинарные и арбитражные решения».

6. Важными доказательствами против Легкова кроме присутствия в списке «Дюшес» стало то, что две его пробы имели царапины и то, что против него Родченков предоставил дополнительные конкретные свидетельства (в отношении некоторых спортсменов он мог описать только факт включения в «Дюшес» или вообще не мог представить никакой информации). Например, Родченков подтвердил, что ночью 23 февраля менял пробу Легкова, сданную после победы в марафоне. 

Комментарий юриста Дмитрия Морозова: «Я абсолютно уверен – начни кто-либо процесс по оспариванию доклада и его выводов сразу после первой части, то не было бы ни второй части в той форме, в которой она вышла, ни решений Комиссии МОК, основанной на докладе и показаниях одного человека».

Фото: Global Look Press/Martin Hoffmann/imago sportfotodienst, imago sportfotodienst