5 мин.

«Пап, ты в своем уме?». Зачем в теннисе тренерские тайм-ауты

По следам огненной тирады Юлии Путинцевой.

На этой неделе на турнире WTA в Нью-Хейвене темпераментная Юлия Путинцева не выиграла ни одного гейма, но порвала теннисное сообщество тренерским тайм-аутом, который взяла в дебюте своей встречи с Ализе Корне (0:6, 0:6). За минуту 22-летняя Путинцева предположила, что тренер Роман Кислянский во время ее матча смотрит видео «про плоскую Землю», предложила ему начать хлопать ошибкам соперницы, а также «уйти вообще отсюда» и перестать ухмыляться.

 

На следующий день Путинцева извинилась перед Кислянским в своем закрытом инстаграме, но осадок, понятно, остался. Эпизод при всей своей бесспорной развлекательности («Путинцевой для полноты образа явно не хватало кнута», – написала Анна Чакветадзе) снова поднял один из вечных вопросов WTA: тренерские тайм-ауты – это хорошо или плохо?

Правило о вызове тренера на корт раз в сет (а также во время медицинских тайм-аутов и туалетных перерывов соперницы) было введено в рамках масштабной реформы WTA в 2009 году. По нему тренер перед выходом к игроку обязан надеть микрофон, чтобы их разговор можно было услышать в телетрансляции (не по стадиону). На турнирах «Большого шлема» тренерских тайм-аутов нет.

С одной стороны, консультация тренера может повысить качество игры и общую зрелищность матча (какому зрителю неинтересно послушать экспресс-комментарий специалиста и сравнить его со своими ощущениями?). Да и потом, в большинстве случаев у игрока и тренера все равно есть набор условных знаков, которые тренер может посылать из ложи, не выходя на корт, – так почему бы это не легализовать? Тем более, в других видах спорта помощь тренера по ходу соревнований – обычное дело.

Теннисные пуристы (романтики? ретрограды?) на это обычно отвечают, что подсказки тренера размывают гладиаторскую природу этого вида спорта: когда ты с соперником один на один, и каждый сам за себя. К тому же, не все могут позволить себе тренера, так что получается, что это правило дает кому-то преимущество. Наконец – и это, возможно, самый сильный аргумент – говорят о том, что тренерские тайм-ауты в подавляющем большинстве а) бессодержательны и бесполезны, б) дискредитируют женский спорт, показывая, как индивидуальная спортсменка не может сделать свою работу без (видимости) посторонней помощи (которая, к тому же, за редким исключением приходит к ней в лице мужчины).

Любопытно, что противники этой практики есть даже среди тех, кому она вроде бы помогает: тренеру Симоны Халеп Даррену Кейхиллу не нравится, что теннисистки привыкают, что всегда можно спросить совета, вместо того, чтобы развивать самостоятельное видение игры, так что в самые важные моменты (читай – на турнирах «Большого шлема») рискуют оказаться беспомощными. Некоторые тренеры – особенно англоязычные, которых понимают все, – саботируют пункт правила о микрофоне, за что сердятся фанаты и комментаторы, но никогда не бывает санкций.

Между тем, глава WTA Стив Саймон – наоборот, поклонник коучинга на корте: в этом году он заявил, что хотел бы и вовсе разрешить теннисисткам общаться с тренером прямо с корта, отменив существующие сейчас штрафы за подсказки с трибун и рискуя превратить матчи в базар.

А пока тренерские тайм-ауты существуют в нынешнем виде, они ценны в первую очередь тем, что иногда показывают чистые эмоции и живые характеры. С перформансом Путинцевой в этом смысле вряд ли что-то сравнится, но ей совсем немного уступает чемпионка «Ролан Гаррос» Алена Остапенко, год назад в том же Нью-Хейвене обсудившая с мамой игру соперницы Агнешки Радванской:

«Она как любитель играет. Я в пятьсот раз лучше играю, просто ошибаюсь. Так коряво играет, аж противно. В следующий раз не буду даже на корт выходить против такой».

Елена Веснина в этом году в Индиан-Уэллсе приструнила папу Сергея, когда он вышел к ней в финале против Светланы Кузнецовой, который она на тот момент проигрывала: «Пап, ты в своем уме? Не видишь, что ли, как она играет? Как я тебе сыграю с высокого накрученного мяча короткий кросс справа?». Матч Веснина за три часа выиграла.

Не все тренеры спускают своим игрокам несдержанность: авторитетный Сэм Сумик в этом году в Майами, выйдя к Гарбинье Мугурусе в решающем сете ее матча, сказал ей никогда больше не говорить ему заткнуться, что она сделала сетом ранее. На оправдание испанки, что она неспециально, Сумик ответил, что это понятно, но все это слышали.

Многие используют тайм-ауты как способ эмоциональной разрядки. Известная своим легким нравом Слоун Стивенс несколько лет назад в Австралии в разговоре с тренером Троем Хэном шутливо назвала «камоны» своей соперницы Серены Уильямс «неуважительными»: они посмеялись, но потом, конечно, пришлось объясняться. Матч Стивенс проиграла 4:6, 3:6.

В этом месяце другой любитель пошутить Пэт Кэш в Торонто начал свой тайм-аут с Коко Вандевей со слов: «Ну что, ты с дерьмовой игрой закончила?» – после чего сделал вид, что только вспомнил про микрофон, и извинился на камеру перед телезрителями. Вандевей вяло улыбнулась, после чего матч с Агнешкой Радванской проиграла 3:6, 2:6.

Кому юмористический подход помог, так это Мэдисон Бренгл: в этом году в Окленде она играла с Сереной Уильямс и вызвала своего тренера с Жюли Куан, чтобы самоиронично изложить ей свой план шокировать соперницу своей плохой игрой:

«Как думаешь, может, мне стоит принимать еще более криво? Это хорошая идея? Потому что когда я хорошо пробиваю, она такая: «Боже, как здорово», – и отвечает навылет. Так что, может, мне нужно принимать еще хуже, потому что, по-моему, она удивлена, как плохо я играю. Такого уровня она еще не видела».

Матч Бренгл выиграла 6:4, 6:7, 6:4, став первой за три года теннисисткой, не входящей в Топ-50, которой Уильямс проиграла. Так что, возможно, стоит перестать сгущать краски вокруг тренерских тайм-аутов и увидеть в них то, чем они прежде всего являются: способ оживить матчи и добавить в них чуть больше человечности. Как пару лет назад в одном из тайм-аутов тренер Ник Савиано сказал своей подопечной Слоун Стивенс: «Получи удовольствие. Никто же не умирает».