5 мин.

Борис Игнатьев: «В «Спартаке» нет плеймейкера. Ханни? Это атакующий игрок»

В наступившей в чемпионате страны паузе, эксперт bobsoccer.ru, заслуженный тренер страны Борис Игнатьев рассуждает о тактических действиях московского «Спартака». И не только…

- Борис Петрович, сейчас нередко перед или после какого-то конкретного матча «Спартака» главного тренера Массимо Карреру чуть ли не постоянно спрашивают о тактической схеме, по которой действовала или будет действовать его команда: 4-3-3, 4-2-3-1? А кроме того многие спорят: надо ли выбирать схему под игроков или игроков под схему… Вы-то как думаете? 

- Помните, как Валерий Лобановский говорил? Я формирую схему, а под нее подбираю игроков. Такое только он себе готов был позволить, хотя я и сейчас не могу согласиться с Валерием Васильевичем. Жизнь футбольная изменчива. Тренеры приходят и уходят. И что? Приходит человек и говорит: я вам предлагаю такую схему игры и набирайте мне новых футболистов под эту схему. Так что ли? Нет, есть игрок, под которого подбирается схема, которая может усилить его возможности в реализации сильных сторон. Каррера видит, например, что у него есть Зе Луиш и Луиз Адриано. Можно их выпускать двоих на пару впереди? Наверное, можно. Но тогда не исключаю, не хватит силенки играть в середине поля. Поэтому Каррера одного убирает и усиливает полузащиту за счет двух футболистов на фланге и трех в середине. Они закрывают фланговых защитников, а в середине имеют с соперником либо паритет, либо получают преимущество. Главное, чтобы был конкретный игрок. А как его использовать, под какую схему - тренер разберется. 

Допустим, ты действительно очень уважаешь конкретную схему, нравится она тебе, знаешь ее до нюансов. Тогда ты берешь ее на вооружение, начинаешь вставлять в нее личности. Но кто-то может выпадать. Ты пытаешься этого игрока измениться, разбудить в нем какие-то возможности… Но, я опять-таки говорю: схема, как правило, формируется, исходя из конкретных игроков, имеющихся в команде. Играют, допустим, «Локомотив» или «Краснодар» без форварда. Что делать? Тогда они направляют большую группу футболистов из середины. Когда в атаку, вперед вылетают из этой группы «ложные» девятки и десятки…

- Переделывать игрока под схему… Смотрим на «Спартак» и на полузащитника Ханни. Каррера не скрывает того, что хотел бы переделать его возможности под командную игру с учетом действий Ханни на фланге. Но у того игра там не идет. Ставит в центр и у Ханни начинает там что-то прорисовываться. При этом схема меняется. А сам Ханни упускает моменты, чтобы забить, делает неточные передачи, что говорит о некотором недопонимании с партнерами на новой позиции. Что же получается? Такие переводы игрока из одной позиции в другую – это поиск под конкретную схему или поиск под соперника в конкретной игре?

- Идет поиск лучшего использования этого футболиста. Видимо, Каррера никак не может определиться, что он может дать команде, где он способен показать свои лучшие качества: на фланге или в центре? Если бы его, допустим, поставили впереди Зобнина и Фернандо и Ханни начал бы забивать, сам отдавать голевые передачи, тогда все было в порядке. Или поставил бы его на фланг с акцентом на атаку, где бы Ханни полностью устраивал Карреру. Нет, что-то не получается. Поэтому я и говорю: дело не в самой схеме, а в проявлении возможностей того или иного футболиста в рамках той или иной схемы. Если бы Ханни стал устраивать Карреру на том или ином месте, тренер сразу бы остановился в своих поисках.

- Но ведь, переводя даже одного футболиста - Ханни с фланга на позицию плеймейкера, Каррера изменяет тактическую схему?

- Я не могу до конца знать, почему именно так происходит в «Спартаке». Но беру такой пример. Играют, допустим, Зобнин, Глушаков и Фернандо. При том, что Глушаков сейчас, вроде как, выведен из состава. Но это, повторюсь, пример… Фернандо ставится впереди двух центральных защитников. 60 процентов у него уходит на оборону, 40 - на атаку. От него исходят длинные и средние передачи… Тогда по ситуации кто-то из двух оставшихся: либо Глушаков, либо Зобнин играют выше. Но при этом они осуществляют роль футболистов, умеющих отбирать мяч. У Ханни функции в середине примерно такие же, как у Глушакова. При этом тренер может говорить Глушакову или Ханни: ты будешь играть поближе к Зе Луишу, почаще влезай в атаку. Ханни – вообще футболист атакующего плана. Он сейчас в какой-то мере выступает вместо Промеса. Когда его переводят с фланга, то нацеливают на игру как бы вторым форвардом. Но, играющим из-под Зе Луиша или Адриано. Он хорошо владеет мячом, умеет обыграть соперника. У Ханни 60 процентов идет на атаку, 40 на оборону. Он наконечник в этой тройке, где еще Фернандо и Зобнин. Когда команда прессингует, он может закрывать какую-то зону, либо действовать по одному из центральных защитников. Либо играет по опорному хавбеку. Ханни более всего умеет атаковать и от него ждут этих действий.

- То есть, мы в любом случае не говорим о нем, как о чистом плеймейкере?

- У «Спартака» таких и нет игроков.

- А у кого они есть? У «Локомотива», ЦСКА, «Зенита»?..

- В чистом виде у «Локомотива» тоже нет. Наверное, больше доверяют роль с такой направленностью Паредесу в «Зените». Он тот человек, который может за счет передач направить усилия команды в нужном русле.

- А кто, по-вашему, вернувшийся в большой футбол Роман Еременко? Он ближе к форвардам или фланговый игрок?

- Каррера поставил его в первой встрече с левой стороны, потом, когда вышел Адриано, перевел его ближе к середине поля. Как опорного хавбека.

- Поставлю вопрос по другому: когда Еременко играл за ЦСКА, он где больше приносил пользы?

- Знаете, в свое время я работал с ним в «Динамо» (Киев). Он типичный игрок середины поля с акцентом на атакующие действия. Хорошо чувствует себя в позиции развернутым лицом в сторону ворот, то есть, ближе а атаке. У него хороший удар, он прекрасно чувствует игровой ритм, может менять направление атак, сам участвовать во взятии ворот. Хорошо ассистирует игрокам, которые находятся впереди его.

bobsoccer.ru