10 мин.

Станет ли Кононов вторым Бесковым?

Обозреватель "СЭ" – о великом тренере "Спартака" 70-80-х и его сегодняшнем наследнике, который назвал одной из своих главных задач возвращение красно-белым футбола Константина Бескова

Не успел Олег Кононов заехать в Тарасовку, а уже разговоры, сюжет, драма – "вернется ли с Кононовым в "Спартак" дух Бескова?" День, прошел, другой – кто-то восклицал: "А не есть ли Кононов – новый Бесков?"

Ну и понеслось: "новый Бесков", "новый Бесков"… А едва "Спартак" вернулся со сборов и проиграл в Кубке России "Уралу", слышу те же голоса: "Когда уволят Кононова?"

Да подождите. Дайте Олегу поработать. Он еще не всех по именам знает в этой команде. Нет ничего комичнее поспешного – помню, как Рашида Рахимова на первых порах в "Локомотиве" окрестили тренером на годы.

Рашид Маматкулович – человек большого обаяния, устоять сложно. Но факт: "тренер на годы" очень скоро от тренировок собственной президентом клуба был отстранен – ходил на службу к 9 утра, писал до 17.00 какие-то отчеты. Не желая увольняться по доброй воле и терять миллионы неустойки.

Кононов тоже обаятельный. Костюмы и приталенные пальто смотрятся на нем так же опрятно, как на Манчини. А может, и поизящнее – дамы рассудят. Что Кононова с Бесковым бесспорно роднит. Костюмов у Константина Ивановича было о-го-го сколько. Один даже с полковничьими погонами и орденами. В нем Бесков явился как-то на базу 9 мая – и размякший на солнце Месхи-младший приподнялся с лавочки. Воскликнул, не веря глазам:

– Генералиссимус!

***

Кононов лично мне симпатичен – надо было слышать его пресс-конференцию после победы над "Локомотивом", чтоб полюбить этого человека. Хотя не исключаю – очень скоро научится отвечать: "Потому что мы так решили", "игра неплохая, готовимся к следующей" и еще что-то в этом роде. Научился же Илья Воробьев, человек тонкий и остроумный. Одного года в СКА хватило.

Лично я болею за Кононова всей душой. Кажется, он порядочный человек. Но равнять Кононова с Бесковым? Ой, не надо – очень рано.

Олег Георгиевич распорядился привезти в Тарасовку славных ветеранов во главе с Романцевым. Ветераны охали и умилялись. Юным корреспондентам ход Кононова казался пиар-прорывом.

Корреспонденты постарше, однако, помнили, что с этого же начал свою работу в "Спартаке" Андрей Чернышов. Привез в Тарасовку ветеранов. Точно так же всплескивал руками Никита Симонян, вспоминая, когда был на спартаковской базе в последний раз. В 69-м или 72-м.

Ну и где сейчас Чернышов?

***

Есть тренеры для средних команд. Это особенная профессия. Тоже достойная уважения. Тут важно – не замахиваться на большее. Тебя позовут наверх, но ты не ходи – там провалишься, потом даже в среднюю не позовут. В футболе крест ставят быстро, работу можно ждать годами. Кого тренировал после "Спартака" Александр Петрович Старков?

Я очень надеюсь, что Кононов другой. Все эти четыре строки про средние команды – не о нем.

Вы вспомните – еще недавно ничего, вообще ничего не клеилось у Олега Георгиевича в "Ахмате". С перового дня повис в воздухе только один вопрос – когда уволят? С каждым послематчевым интервью взгляд становился все более растерянным, а голос – тише.

Уволили очень скоро. Видимо, развивалась в этом направлении мысль не только у меня.

Время шло – а Олег Георгиевич никому особенно нужен не был. Читал какие-то неторопливые лекции, устраивал творческие вечера. Завел аккаунт в Фейсбуке, добавлял в друзья всех, кто попросится. Вы представляете Константина Ивановича, добавляющего в друзья? Сегодня добавил Старостина – завтра отфрендил…

Тула, возможно, стала последним реальным шансом – она и должна была рассудить: отправится ли Олег Георгиевич по стопам тренера Чалого, оставшись в памяти как странный кадровый каприз Галицкого, или зацепится-таки.

Ему удалось!

* * *

Я немного знал Бескова. Любил его всей душой. Этот взгляд искоса, от которого деревенеешь, этот пробор, который оставался ровненьким даже после застолья в Сандунах. Старым банщикам есть что рассказать…

На спартаковскую базу 80-х калитка со стороны железнодорожной станции была открыта нараспашку – ощущение, что рука моя до сих пор помнит щербинки на краске. Стоит только закрыть глаза – все выплывает из недалекого прошлого. Помню, как выкрасили ее в белый цвет и стала чуть приятнее наощупь. Бесков каждого пацана у поля цеплял глазами, будто сканируя на благонадежность. Меня в том числе.

Спартаковские тренировки выглядели каким-то волшебством, каждый из этих молодых людей был артистом. Даже не подозревая об этом. В чем футбол Бескова? Я не знаю. Кто-то заговорит про мелкий перепас. Э, нет! Здесь дело поглубже. Мелкий пас – лишь виньеточка, росчерк пера. Тот "Спартак" умел все. Что бороться, что бежать.

Я пересматриваю матчи того "Спартака" – поражает скорость, с которой двигается мяч. Атаки моментальные. В Европе-то сегодня мало кто так играет! Что за слова Бесков говорил своим футболистам? Как убеждал их, что умеют?

Сила внушения – колоссальная. Садырин все это повторил в начале 90-х с ЦСКА – и футболисты, мало что представляющие из себя поодиночке, вдруг стали показывать волшебный футбол. Наслаждаясь каждым матчем. Так заиграли, что Лобановский бледнел.

Возможно, дело в умении разглядеть – как разглядел Бесков что-то в 29-летнем форварде из Костромы Ярцеве. Как разглядел в Гаврилове лучшего диспетчера Советского Союза – если сам же над ним потешался:

– У нас сегодня новички на тренировке. Кто-то вернется домой, будет рассказывать – тренировался рядом с тем самым Гавриловым…

Тут Бесков делал паузу. Не зря выписывал "Театральную жизнь", не зря был женат на актрисе.

Гаврилов розовел от удовольствия, а Бесков выворачивал в неожиданную степь:

– С тем самым Гавриловым, который семь лет в дубле "Динамо" сидел.

Команда уважительно хохотнула. Гаврилов – в том числе. Вскоре пошутит над Бесковым и он – приедет в Тарасовку на отцовской инвалидке с ручным управлением. Припаркует рядом с зеленым "Мерседесом" Бескова. Тот, выйдя на балкон, оцепенеет – и начнет перекличку с балконом соседним. Который принадлежал Старостину:

– Николай Петрович, а, Николай Петрович?

– Ай? – высовывался тот.

– Это что за инвалиды у нас по базе бродят?!

– Так это Гаврила…

Будем считать это лирическим отступлением. Едва ли Джикия при всей смешливости заедет в Тарасовку на "Оке".

Хотя мог бы, черт возьми.

***

Бывают дни, когда опустишь руки – и нет ни слов, ни музыки, ни сил. Случались такие дни у "Спартака" – как, например, домашняя встреча с "Глентораном" из Северной Ирландии. Черт его знает, почему настолько впечатался в память тот матч-страдание. Ничего не получалось!

Что сделал Бесков? Выпустил Андрюшу Иванова.

При Бескове Андрюша был игрок ох какой. Сказка, а не футболист. Сперва начал постреливать издали, раз уж прорваться не выходит. Потом сам забил. Отдал пас под гол номер два.

Пройдет время, совсем небольшое, – Бескова в "Спартаке" не станет, а в Андрюше будут видеть не умницу с пасом и ударом, а примитивного разрушителя. С некоторыми достоинствами и яркими изъянами. Иванов был не самый поворотливый, что уж. Против мелких форвардов лучше не ставить – будут издеваться, как издевался Лэкэтуш из "Стяуа" над Градиленко. Андрюша увял. Успев, правда, подписать "письмо четырнадцати" – над чем зло хохотал Садырин: "Иванов-то куда полез? От какого чемпионата мира отказывается? Я бы его и так никуда не взял…"

Бесков способен был разглядеть то, что не разглядит никто – забытый всеми футболист Суров стал у него железным игроком основного состава. Бесков способен был влюбиться в футболиста – и давать шанс за шансом, как Кужлеву.

Разглядеть в Дасаеве вратаря – думаете, это было просто? Ему, молоденькому, мяч пальцы выворачивал – тренеры попроще плюнули бы да отвернулись. Это что за голкипер такой?! А Бесков увещевал бьющих: "Помягче, помягче. Руки ему сломаете…"

Бесков способен был влюбиться в футболиста, влюбиться до истерики, до фальцета: "Привезите, мне нужен именно он!" – и Федор Новиков или Валентин Покровский плелись на вокзал. Привозили форварда Баранова из Симферополя, например. Ростом под два метра.

Пары игр за "Спартак" Баранову хватило, чтоб Бесков остыл так же внезапно. И навсегда. Такого Бескова не разжалобить. Выговаривал брезгливо селекционерам – отделяя себя самого от ситуации: "Вы кого мне привезли?!"

У бедного Новикова чуть очки не спадали от такого выверта. Как-то нелепо взмахивал руками – и, отойдя шага на три, шепотком вступал в дискуссию: "Кого просил – того и привез…" Тотчас опасливо оглядывался: не услышал ли Бесков? Не прочитал ли по губам?

Покровский вымещал обиды в стихах. Мало кому показывая те листочки. Но все же показывая. Даже люди "подай-принеси" были при Бескове особенными.

Возможно, все эти "кого привезли?!" тоже были частью театра Константина Ивановича. Домашние уроки Валерии Николаевны. Все на свете он понимал. Но получал кайф от представления.

Годы спустя Олег Романцев будет провожать из Тарасовки не оправдавших надежд характеристикой проще. Фразой "пирожок с ничем". Прощаться холодно в "Спартаке" умеют. Или не прощаться вовсе.

А в театральных эффектах Бесков был силен. Умел обставить собственную блажь так, что народ выдыхал с восторгом: "Ооо!" Команда собирается в Киев – прямо на перроне Бесков разворачивается и уходит назад. Ни слова не говоря. Команда без главного тренера выигрывает 3:0. Встряхнул так встряхнул!

Разочароваться мог так же наотмашь, как и очароваться – в 88-м волшебство вытекло из того "Спартака", и Константин Иванович разочаровался в команде целиком. В "расстрельном" списке, который оставил перед отбытием на курорт Старостину, был едва ли не весь основной состав. В той бумаге мелькнули и Шмаров, и Пасулько, и кто угодно еще.

Как известно, Николай Петрович оставил всех – вписав поверх в списке на увольнение одну-единственную фамилию…

На обиде, на желании доказать тот состав в 89-м вырвал чемпионство – вот и думай, прав был Бесков или нет в своей неприязни.

Но всего интереснее, каким был бы "Спартак" в тот сезон, останься и воплоти все свои желания Константин Иванович. Каких звезд нам открыл бы.

***

Удивительно, но так же способен был загореться мало кому известным футболистом Лобановский. Вот разглядел что-то в игроке, бросилась в глаза мелочь – и везите же скорее. Как привезли Степу Юрчишина. До фарса дошло с Шепелем – тот выставил Лобановскому в 70-х список условий из 23 пунктов. От трехкомнатной квартиры на Крещатике до защиты тещей кандидатской диссертации. Все выполнили! Про тот случай знал весь советский футбол. Для Лобановского невозможного мало. Нужна диссертация? Будет!

Шансов, правда, давал Валерий Васильевич побольше, чем Бесков. Не позволяя себе остывать внезапно – но это уж особенность характера. Не мог признаться самому себе, что ошибся.

***

Один из бывших футболистов Бескова, ныне фрик, восклицает в телекамеры: "Да я Бескова на х… послал!" Это, несомненно, от большого ума.

Я бы дорого заплатил, чтоб вернуться в те времена, напроситься к Бескову на интервью. Расспросить. Чем больше времени проходит – тем значительнее множество вопросов.

Сам Бесков высказался однажды про Павла Садырина: "Стать дважды чемпионом СССР – это надо иметь секрет…"

Сам он секрет, несомненно, имел.

Года за два-три до кончины я пытался расспросить Бескова обо всем на свете. Константин Иванович размяк на пенсии, многое позабыл. Пожалуй, мне это было не очень приятно – расплывался художественный образ. Мой Бесков был совсем другим. Будто застыл в 87-м. Возможно, в 94-м.

В тот вечер голос его окреп, перестал быть медовым лишь раз. Мелькнула знакомая металлическая нотка.

– Романцев… – завел было я.

– Романцева я своим учеником не считаю! – воскликнул Бесков, пожалуй, даже зло.

– А Семина?

– Юра – другое дело… – смягчился той же секундой Константин Иванович. – Юра – может быть.

Разговор я быстренько свернул. Возможно, зря. Бесков не удивился, предложил звонить еще: "Когда удобно".

Я не стал.

Александр Кружков, "СЭ"