Войти Полная версия
Валерий Самсонов
02 апреля 10:47
Русский футболист уехал из ПФЛ в четвертый дивизион Турции: учит язык, живет в отеле и рвется в суперлигу

От редакции Sports.ru: привет, вы в блоге Блогбастер. Здесь: классные интервью о жизни с русскими спортсменами, которые уехали за границу, и душевные разговоры с героями 90-х. Подписывайтесь, ставьте плюсы – и хороших постов будет больше!


Ниже – интервью с бывшим игроком «Чертаново», молодежки «Спартака» и «Академии имени Виктора Понедельника» (клуб из Ростова-на-Дону, создан по инициативе президента СКА Ивана Саввиди в 2006-м, в марте снялся с ПФЛ из-за проблем с деньгами) Владиславом Кормишиным, из которого вы узнаете:


• почему разоряются российские клубы


• можно ли выжить на зарплату в ПФЛ


• как ноунэйму перейти в клуб из Турции


• как устроена жизнь клуба из четвертой турецкой лиги


• топ самых талантливых ровесников Владислава из молодежки «Спартака»



К 23 годам Владислав Кормишин прошел интернат «Чертаново», дубль московского «Спартака» и даже успел поиграть почти во всех зонах ПФЛ. А зимой умчал в Стамбул – поднимать локальный клуб в третий дивизион.


– В «Академии» ты был с самого основания. Какой это был проект, когда ты пришел?


– Довольно амбициозный. Построили отличную базу, создали все условия для прогресса молодых игроков. Мы были дебютантами в лиге. Выстрелили в первом круге. Стали поступать интересные предложения.


– Какое было у тебя?


– Звал «Афипс» (клуб из поселка Афипский, Краснодарский край). Предлагали контракт на 75 тысяч. Но «Академия» запросила миллион рублей за мой трансфер. Понятное дело, что в ПФЛ никто такую сумму платить не будет.


– Владельцем клуба был Иван Саввиди. Сколько раз ты его видел?


– Ни разу.


– Вместо южных сборов «Академия» играла в чемпионате Ростовской области. Что это за турнир?


– Я думаю, что это один из самых сильных региональных чемпионатов. Есть несколько команд, где играет много бывших профессионалов: «Ростсельмаш», «Новошахтинск», «Надежда», «Кобарт». На область играла молодежная команда, но на эти клубы всегда выставляли костяк из ПФЛ.


– В декабре объявили, что дальше финансировать «Академию» не будут. Когда об этом стали ходить разговоры внутри клуба?


– В ноябре. После игры с Нальчиком сказали, что денег на второй круг нет. Нас рассчитали – мы разъехались.


– Клуб полностью рассчитался с игроками?


– Да. Хотя там и рассчитывать-то было нечего.



– Когда в России перестанут закрываться клубы?


– У нас это происходит по щелчку пальцев. Деньги есть – клуб существует. Денег нет – клуб сразу закрывают. Или ищут всякие причины, чтобы его прикрыть.


На самом деле, это все очень печально. Во второй лиге играют очень много талантливых футболистов. Но поскольку у команд нет денег, то за ними никто не следит, и, как следствие, никто не знает про них. Вот они и затухают. Если из второй лиги не выберешься, лучше заканчивать и идти куда-то работать.


– Кто может помочь выбраться из второй лиги?


– Сейчас недостаточно хорошо играть. У тебя должен быть агент, которой будет о тебе где-то говорить, кому-то про тебя рассказывать. Тогда тобой заинтересуются.


– «Академия» отзаявила 16 игроков. Все нашли себе новые клубы?


– Большая часть перешла в другие команды ПФЛ: Денис Сафронов в «Салют», Серега Бутко – в «Машук», Ваня Донсков – в «Носту», Дима Савин – в «Волгарь».


– Из числа тех, кто так и не нашел новый клуб, за кого тебе обиднее всего?


– За Антона Федотова, и не только потому что он мой друг. Он действительно очень хороший центральный защитник. Зимой мы с ним поехали на просмотр в «Крымтеплицу». Нас долго держали в подвешенном состоянии. Видимо, тренер ждал, когда придут свои. Потом я уехал в Турцию, он – в «Евпаторию». Сыграл несколько игр, даже забил, но за несколько дней до закрытия трансферного окна ему сообщили, что не будут подписывать контракт.


– Как появился вариант c «Модафен Спор» (клуб из четвертого дивизиона Турции)?


– Я давно искал вариант за границей. Хотел уехать из ПФЛ и попробовать в новых условиях. К тому же я уже был в заявках двух команд в текущем сезоне – белгородском «Салюте» и ростовской «Академии» – и не мог подписать еще один контракт в России.


Со мной связался человек из Турции, который ведет дела некоторых молодых игроков в клубах Суперлиги. Предложил попробовать в местном чемпионате. Сперва я отправил видео, затем прилетел, отыграл двухсторонку. В итоге предложили остаться.



– Расскажи о новом клубе.


– Здесь все на очень серьезном уровне. Полный штат: и массажист, и администратор, и переводчик. Все как у профессионалов: штрафы, тренировки. Упражнения направлены на работу с мячом, нет бессмысленной физики. В нашем дивизионе самый дальний выезд занимает 5 часов. Несмотря на это, приезжаем в город за день до игры, селимся в гостиницу.


Собственник клуба – местный бизнесмен. Он вкладывает в команду свои силы и средства. Помимо клуба, президент владеет университетом – туда я дважды в неделю хожу на уроки турецкого. Гостиница, в которой я живу, по всей видимости, тоже его. Все это клуб предоставляет бесплатно. Стоит задача подняться в Суперлигу за 4 года. Чтобы ее выполнить, мы должны каждый год выходить в лигу выше.


– Считаешь ли этот переход шагом назад?


– Для меня это, наоборот, шаг вперед. Хочу попробовать себя здесь и двинуться дальше.


– Как тебя приняли в команде?


– Отлично! Партнеры постоянно интересуются о России, зовут вместе покушать или выпить кофе. Даже не чувствуется, что я единственный иностранец в команде.


– В этой лиге легионеры (лимит – два в клубе) должны иметь вид на жительство. Кто помогал тебе с его оформлением?


– Всем занимался клуб. Я лишь подготовил все необходимые документы и съездил в консульство.


– На какой срок у тебя контракт?


– До конца чемпионата, почти до лета. Вид на жительство оформили на год, так что планирую остаться на более продолжительный срок.


– Как отличается зарплата в ПФЛ и четвертой турецкой лиге?


– В первом сезоне в «Академии» у нас была зарплата 25 тысяч рублей в месяц. В этом урезали, стала 15. Еще 10 тысяч получали по дополнительному соглашению. Получишь ты их или нет, решал тренерский штаб в зависимости от того, как ты себя проявил. Из этих 10 можно было получить и всю сумму, и половину или совсем ничего. Ни о каких премиальных и речи быть не могло. Когда я здесь рассказывал парням о таких суммах, они были в шоке, потому что здесь платят гораздо больше.



– Гораздо больше – это сколько?


– Примерно в 4 раза.


– Кто помогает тебе в бытовых вопросах и коммуникации?


– Борис, друг президента. Он долго работал в Украине, хорошо говорит на русском.


– Сколько матчей ты уже провел за «Модафен Спор»?


– Пять. Забил 3, отдал одну голевую.


– Как тебе атмосфера на футболе?


– Потрясающе! В позапрошлом туре играли дома против лидера. Наш стадион хоть и небольшой, но был забит почти под завязку. Тысячи две, думаю, точно было. На домашние матчи «Академии» ходили три червя (смеется).


Так это четвертая лига, прикинь?! Если планируешь посмотреть в баре матч «Галатасарая», например, то столик надо бронировать заранее. За несколько дней уже не будет свободных мест. У нас же как? Хочешь посмотреть «Спартак» – «Зенит», звонишь в заведение. В одном ничего не знают о футболе, в другом не показывают, в третьем говорят: «Не, лучше не приходите».


– В молодежке «Спартака» ты пересекался со многими интересными футболистами: Иппэй Синодзука, Александр Зуев, Владислав Пантелеев, Александр Козлов, Вячеслав Кротов. Дай короткую характеристику каждому.


– Иппэй – мой хороший друг. Долго болтался между разными командами в системе «Спартака». В итоге уехал обратно в Японию. Сейчас регулярно играет в главной лиге. С Зуевым знаком еще с «Чертаново», сейчас тоже поддерживаем связь. С остальными общался мало, особо ничего рассказать не могу. Козлов был самым перспективным в России, просто инопланетянин.



– Что ему помешало заиграть на взрослом уровне?


– Колено травмировал, из-за этого не пошло.


Кстати, у нас была очень сильная команда в то время. Мы выигрывали молодежное первенство, но шанс проявить себя в главной команде никому не давали. Даже на кубковые игры с командами уровня ФНЛ никого не брали. Что-то стало меняться с приходом Якина, но я уже ушел из «Спартака».


– В интервью ты говорил, что сам виноват, что не заиграл в «Спартаке». Поясни, пожалуйста.


– Когда ты молодой и попадаешь в «Спартак», то хочешь не хочешь, крышу немного сносит. Начинаешь чувствовать себя состоявшимся футболистом. Кажется, что ты всего добился. Причем мы не получали каких-то заоблачных сумм. Но вся эта атмосфера, ромбик, конечно же, кружит голову.


– Летом 2014-го вышел текст «Как живут начинающие российские футболисты». Ты читал его?


– Да, с родителями. Вместе смеялись.


Личного автомобиля и близко не было. У меня была фотка, где я сижу на маминой Camry. Из этого пытались сделать сенсацию. Приставки? Да, у меня была Xbox. Когда она сгорела, купил PlayStation.


– В интернат «Чертаново» ты попал, не договорившись с «Динамо». В чем была загвоздка?


– У них тогда еще не было интерната. Квартир для иногородних ребят было мало. Маме сказали: «Если будете сами снимать, мы возьмем». А в «Чертаново» о жилье беспокоиться не пришлось.


– В «Чертаново» ты провел 5 лет, был капитаном 1995 года. Что это было за время?


– Тренер у нас был жесткий. Сказал, что будет называть меня Кострома, пока не забью. Все команды неслись на тренировку, а наш 95-й год сидел в раздевалке и думал: «Хоть бы он не пришел сегодня!». Мы даже к руководству ходили. Просили, чтобы его убрали. Но нас послали нахрен. Там, конечно, другие слова были, но не суть.


Помню, мы приехали на турнир в Польшу. На тренировке ему что-то не понравилось. Он построил нас и сказал, чтоб мы пели «На поле танки грохотали». Это была его любимая песня. И вот представь картину: все тренируются, а мы ходим строем и поем.


– Ты играл почти во всех зонах ПФЛ. Какие отличия между ними?


– Мне кажется, общего гораздо больше. Что касается отличий… В южной зоне, почти все команды играют в конструктивный футбол. В остальных же все выглядит примерно так: две-три команды созидают, остальные разрушают. Если сравнивать общий уровень игроков в лиге, я бы расставил их по возрастанию так: Восток, Запад, Юг, Центр и Урал-Поволжье.



– Расскажи про самый запомнившийся выезд.


– Едем в Махачкалу. Три часа ночи. Нас будят, говорят, что автобус не заводится, надо помочь. Мы все выходим, толкаем автобус и едем дальше. Приехали за несколько часов до игры, отыграли матч и обратно 13 часов.


Еще на первенстве области был забавный момент. Приехали в какой-то город на границе с Украиной. Выходим из автобуса и видим, что футбольное поле посреди поля с подсолнухами. Про качество газона я вообще молчу. Возле поля стоят столики, за ними сидят мужики, что-то отмечают. Шашлык, пиво, шансон из колонки играет. Периодически они отрывались от застолья и что-то кричали нам.


– Как игроки проводят время в дороге?


– Кто-то в карты играет, кто-то фильмы смотрит. За 13 часов успеваешь переделать всё.


– На обратном пути разрешен алкоголь?


– В «Академии» у нас был молодой состав, поэтому все было строго. Ветераны в других командах ПФЛ, конечно, могут позволить себе бокал-два. 


– У тебя много татуировок. Расскажи о самых значимых.


– (Показывает руку) Имя дедушки, бабушки, мамы, девушки. Крест на запястье. Остальная часть – по вере.



– На первые деньги ты купил бабушке с дедушкой телевизор. Что купишь на первую иностранную зарплату?


– Отправлю домой. Хочу порадовать родных: дедушку, бабушку, маму – они многое мне дали.


– Сейчас ходит много разговоров о новом контракте Ивана Игнатьева. Какой совет мог бы дать ему?


– Советовать должен не я, а его родные. Как мне кажется, «Краснодар» просто пытается посадить на цепь своих воспитанников.


– В августе тебе исполнится 24. Как ты видишь развитие своей карьеры?


– На данном этапе хочу добиться максимальных результатов в Турции. После окончания карьеры планирую стать тренером.


– Что будут петь твои подопечные, если доведут тебя?


– Я люблю Михаила Круга. Выберу что-нибудь из его репертуара.


Фото: личный архив Владислава Кормишина; Instagram/kormisha; «Спартак»; «Академия футбола им. Виктора Понедельника».

Комментарии: 46
Комментировать
Новости СМИ2
waplog